Я дочитала эту книжку. С перерывами, потому что электронную книжку, увы, надо часто подзаряжать - через каждые 700 страниц.
Когда-то лет девять назад в старом дневнике у меня была запись насчет того, а что было бы, если бы вдруг люди стали бессмертными, но вследствие этого не смогли бы размножаться?
"
Мне почему-то вспоминается местами смешной, местами мрачный сериал "Lexx", а точнее, родина Кея, Брюнон-Джи, обитатели которой как раз достигли такой вечности. Закоснелость в прошлом и неприятие настоящего привели к тому, что их мир был уничтожен. Не знаю, дошло бы до этого здесь, но... Приверженность к своей эпохе, привычки и взгляды на мир - это не изменишь так просто. Древнеегипетская жрица будет мыслить иначе, чем средневековый рыцарь, а средневековый рыцарь - иначе, чем философ эпохи Возрождения. Все бы бросились за дармовой вечностью, забыв об обновлении мира. А потом, устав от жизни, не могли бы обрести покой... Здесь та же причина, почему большинство людей мечтает быть "эльфами"/"вампирами", но не древними божествами и демонами. Единицы способны принять мир таким, какой он есть сейчас, через сто лет и через тысячелетия." (с) старый дневник
А в 2013 году Глуховский написал свой роман "Будущее". Недавно я на него наткнулась и мне стало любопытно: придет ли он к тем же выводам, что и я? И он, что самое забавное, пришел:
читать дальше"— Я говорю ему и тебе говорю: нам нужна смерть! Мы не должны жить вечно! Нас такими не делали! Мы слишком глупы для вечности. Слишком эгоистичны. Слишком самонадеянны. Мы не готовы жить без конца. Нам нужна смерть, Джейкоб. Мы не умеем без смерти.
<...>
— Сто двадцать миллиардов умрут! Что вы этим измените?!
— И все они должны были умереть. Живое умирает. Мы не боги. И не можем ими стать. Мы уперлись в потолок. Мы не можем ничего изменить, потому что сами не можем измениться. Эволюция остановилась — на нас. Смерть давала нам обновление. Обнуление. А мы ее запретили.
<...>
— Мы ничего не делаем со своей вечностью, — шелестит Беатрис. — Какой великий роман был написан за последние сто лет? Какое великое кино снято? Какое великое открытие сделано? Мне приходит на ум одно старье. Мы ничего не сделали со своей вечностью. Смерть подгоняла нас, Джейкоб. Смерть заставляла торопиться. Заставляла нас пользоваться жизнью. Смерть раньше было видно отовсюду. Все помнили о ней. Это структура: вот начало, вот конец." ("Будущее")
"Земля остановилась, Анна. И именно ты должна подтолкнуть ее вперед." (Ян - своей маленькой дочери. "Будущее")
И это чертовски правильно. Я ждала такой концовки. И Ян тоже, несмотря на все свои прошлые ошибки впервые поступил по-настоящему правильно, когда по всему комплексу Европы разнес вирус, который нейтрализовал действие вируса бессмертия. Потому что мир не должен существовать в стазисе.
А чтобы избежать стазиса - человечеству надо не только переписать ДНК и вычеркнуть оттуда гены старения, человечеству надо полностью переписать собственное сознание и перестать быть собственно человечеством. Поэтому - пусть будет продление жизни на сто, двести, триста лет, избавление от всех болезней и сохранение юной внешности до самого конца. Но вечности - этого не надо ни человечеству, ни отдельным людям. Вечность - это настолько много, что большинство даже не понимает, насколько.
Еще меня повеселила ирония автора. Он назвал произведение "роман-утопия", и показал утопию глазами местного "антибиотика", который не мог жить в этой утопии, который с самого детства существовал в настоящей антиутопии. Утопия - да, для сытых обитателей верхних уровней, утопия для отдыхающих в искусственных садах и купальнях бессмертных, утопия даже для жителей Барселоны, которых в конце концов выслали куда-то в Африку. Но для Яна и всех выпускников интернатов это самая настоящая антиутопия.
Вообще, меня всегда забавляло, как в антиутопии тонкими мазками просвечивает утопия. Вот те же "Голодные Игры" - антиутопия для всех дистриктов и утопия для жителей Капитолия. Или в "Обрученных" - там тоже большинство жило достаточно счастливо. Любая утопия строится на том же принципе, что и антиутопия: "Отдай свою свободу другим и живи счастливо". Разница только в фокусе. Утопия обычно рассказывает о тех, кому хорошо живется без свободы. А антиутопия - о тех, кому без этой свободы очень, очень плохо, кому тесно в установленных рамках. В принципе, эти рамки настолько узкие, что в них станет тесно любому более-менее любознательному существу. По мне, если нельзя создать идеальную реальность без того, чтобы запихнуть всех в клетки, то, значит, пока что и не стоит ее создавать вовсе. До идеальной реальности тоже нужно дорасти.
Еще забавный момент: я не воспринимала события "Будущего" происходящими в нашем мире. Автор мог назвать Европу Альдасом, а Панамерику - каким-нибудь Таукито, для меня бы ничего не поменялось. Для меня все это было слишком абстрактно, словно происходило в другом мире или на другой планете. Ну и еще: эта книга мне слишком сильно напомнила другую антиутопию, которую я читала в прошлом году - "Вожделеющее семя" Энтони Берджесса. Там примерно та же история с перенаселением, с ресурсами и с детьми, только без интернатов (хотя школа там вполне сойдет за интернат) и бессмертия. Главный герой там проделывает точно такой же путь от добропорядочного гражданина к заключенному в тюрьме, так же меняет свои убеждения, его точно так же сложно назвать положительным персонажем... Вот только динамики и злости у Берджесса поменьше и идея немного другая. Мне даже стало немного любопытно: Глуховский свою историю написал под впечатлением от Берджесса или же просто так случайно получилось?
Впрочем, неважно.
Я все равно вряд ли стану перечитывать эту книгу.